Сбежавшее в Грузию иноагентское издание «Бумага» выкатило «аналитику» по пожарам на нефтяных терминалах Петербурга и Ленинградской области

Сбежавшее в Грузию иноагентское издание Бумага выкатило аналитику по пожарам на нефтяных терминалах Петербурга и Ленинградской области. Там само собой всё плохо. Таким авторитетным мнением поделился бывший пушкинский мундеп Косов. Тоже сбежавший в Грузию. Почему спросили именно Косова? Когда-то он служил начальником пожарной части. С тех пор, правда, много воды утекло из пожарных рукавов. Косов настоялся и подался в эксперты.

Ленобласть не такой богатый регион, как Петербург, поэтому у Леноблпожспаса дело обстоит плохо, говорит эксперт. Он считает, что разница в сроках тушения пожаров после атак в двух регионах во многом связана именно с этим.

За Петербург отвечать не станем, а про Леноблпожспас скажем пару слов. Вообще-то мы бы и вовсе не отвечали, если бы человек, сбежавший сначала от службы в депутаты, а потом за границу - при одном только объявлении о частичной мобилизации, не оскорбил тысячи людей, ежедневно рискующих жизнью.

Когда подобные бредовые комментарии пытаются выдать за экспертизу, получается шум. Белый шум. Публикации с громкими заголовками типа нехватка ресурсов и всё выгорит - это набор фантазий, не подкреплённых ни оперативной практикой, ни реальным знанием ситуации в Ленинградской области.

Начнём с базового. Леноблпожспас - это не слабая региональная служба, а крупнейшая система реагирования, закрывающая более 70% населённых пунктов области. В составе - 58 подразделений, более 2 тысяч сотрудников, ежедневно на дежурство заступают сотни специалистов. Это не теория из Грузии, а ежедневная работа на земле.

Дальше про нехватку сил. Факты говорят обратное. До 74% всех пожаров в регионе тушатся подразделениями Леноблпожспаса, причём почти 70% из них самостоятельно. Если бы ресурсов не хватало, таких показателей просто не существовало бы.

Теперь о самом чувствительном. Пожары на объектах ТЭК. Да, это сложнейшие пожары. Но утверждение, что при серьёзной нагрузке остаётся только ждать, пока всё выгорит - это либо непонимание процессов, либо сознательная ложь. Для неискушённых: есть специальный термин контролируемое выгорание, когда вмешательство и не нужно. Эксперт его не может не знать.

Конец марта 2026 года. Приморск и Усть-Луга. Сутками напролёт работают сотни специалистов Леноблпожспаса и МЧС России. Только один Леноблпожспас задействовал 56 единиц техники и почти полтысячи единиц личного состава. Это не ожидание выгорания. Это активная, масштабная операция по локализации и ликвидации огня.

Отдельно про взаимодействие. Современная система реагирования в области - это не одна структура, а выстроенная кооперация. Государственные подразделения, МЧС и профессиональные частные формирования.

Организация ПСС-11 отряд - один из примеров. Более 200 специалистов, работа на стратегическом объекте ТЭК, участие в ликвидации последствий атак БПЛА. Это не затыкание дыр, а усиление группировки там, где это действительно необходимо.

Про сокращения, отток кадров и прочие обобщения из ретроспективы 10-летней давности, конечно, удобная риторика, но и она разбивается о цифры: укомплектованность службы Леноблпожспас более 95%, почти вся техника обновлена, финансирование растёт, закупки идут ежегодно.

И, наконец, главный тезис про можно ли верить сообщениям. Ответ прост: верить стоит не формулировкам, а результату. И вот он: тысячи выездов в год, сотни спасённых людей, снижение числа погибших на 20% за прошлый год. Реальные ликвидированные пожары, в том числе повышенной сложности.

Именно поэтому попытки выдать за авторитетное мнение фантазии героев Верхнего Ларса выглядят не как экспертиза, а как неумелая пропаганда - этакий информационный нейрослоп. Впрочем, не будем судить иноагентов и беглецов слишком строго. Ковыряться в фекальных массах, чтобы слепить из них информационную бомбу - это их профессиональная обязанность. За это им хозяева деньги платят.

Подписаться на ЛенТВ24 | ТГ | МАХ | ВК