Сбежавшее в Грузию иноагентское издание «Бумага» выкатило «аналитику» по пожарам на нефтяных терминалах Петербурга и Ленинградской области. Там само собой «всё плохо». Таким «авторитетным» мнением поделился бывший пушкинский мундеп Косов. Тоже сбежавший в Грузию. Почему спросили именно Косова? Когда-то он служил начальником пожарной части. С тех пор, правда, много воды утекло из пожарных рукавов. Косов настоялся и подался в «эксперты».
«Ленобласть не такой богатый регион, как Петербург, поэтому у «Леноблпожспаса» «дело обстоит плохо», говорит эксперт. Он считает, что разница в сроках тушения пожаров после атак в двух регионах во многом связана именно с этим».
За Петербург отвечать не станем, а про Леноблпожспас скажем пару слов. Вообще-то мы бы и вовсе не отвечали, если бы человек, сбежавший сначала от службы в депутаты, а потом за границу - при одном только объявлении о частичной мобилизации, не оскорбил тысячи людей, ежедневно рискующих жизнью.
Когда подобные бредовые комментарии пытаются выдать за экспертизу, получается шум. Белый шум. Публикации с громкими заголовками типа «нехватка ресурсов» и «всё выгорит» - это набор фантазий, не подкреплённых ни оперативной практикой, ни реальным знанием ситуации в Ленинградской области.
Начнём с базового. «Леноблпожспас» - это не «слабая региональная служба», а крупнейшая система реагирования, закрывающая более 70% населённых пунктов области. В составе - 58 подразделений, более 2 тысяч сотрудников, ежедневно на дежурство заступают сотни специалистов. Это не теория из Грузии, а ежедневная работа на земле.
Дальше про «нехватку сил». Факты говорят обратное. До 74% всех пожаров в регионе тушатся подразделениями Леноблпожспаса, причём почти 70% из них самостоятельно. Если бы ресурсов не хватало, таких показателей просто не существовало бы.
Теперь о самом чувствительном. Пожары на объектах ТЭК. Да, это сложнейшие пожары. Но утверждение, что при серьёзной нагрузке «остаётся только ждать, пока всё выгорит» - это либо непонимание процессов, либо сознательная ложь. Для неискушённых: есть специальный термин «контролируемое выгорание», когда вмешательство и не нужно. «Эксперт» его не может не знать.
Конец марта 2026 года. Приморск и Усть-Луга. Сутками напролёт работают сотни специалистов Леноблпожспаса и МЧС России. Только один Леноблпожспас задействовал 56 единиц техники и почти полтысячи единиц личного состава. Это не «ожидание выгорания». Это активная, масштабная операция по локализации и ликвидации огня.
Отдельно про взаимодействие. Современная система реагирования в области - это не одна структура, а выстроенная кооперация. Государственные подразделения, МЧС и профессиональные частные формирования.
Организация «ПСС-11 отряд» - один из примеров. Более 200 специалистов, работа на стратегическом объекте ТЭК, участие в ликвидации последствий атак БПЛА. Это не «затыкание дыр», а усиление группировки там, где это действительно необходимо.
Про «сокращения», «отток кадров» и прочие обобщения из ретроспективы 10-летней давности, конечно, удобная риторика, но и она разбивается о цифры: укомплектованность службы Леноблпожспас более 95%, почти вся техника обновлена, финансирование растёт, закупки идут ежегодно.
И, наконец, главный тезис про «можно ли верить сообщениям». Ответ прост: верить стоит не формулировкам, а результату. И вот он: тысячи выездов в год, сотни спасённых людей, снижение числа погибших на 20% за прошлый год. Реальные ликвидированные пожары, в том числе повышенной сложности.
Именно поэтому попытки выдать за авторитетное мнение фантазии героев Верхнего Ларса выглядят не как экспертиза, а как неумелая пропаганда - этакий информационный нейрослоп. Впрочем, не будем судить иноагентов и беглецов слишком строго. Ковыряться в фекальных массах, чтобы слепить из них информационную бомбу - это их профессиональная обязанность. За это им хозяева деньги платят.
——————
